— Да ладно, парень, хватит, — оборвал его Джон. — Три дня назад мы были военными разведчиками, заброшенными в эти места со специальным заданием, а сейчас — преступники? Похоже, у нашего начальства в головах шарики за ролики заехали, раз мы вдруг превратились в преступников… А ведь все началось с этой проклятой высадки около «поля чудес» и подземного убежища!

Джон замолчал, поглядев на Стива. Тот тоже уставился на него.

— Как, — изумился Стоун. — Ты тоже был в катакомбах? И видел ночной фейерверк?

— И я, — устало отозвался Мак, открыв глаза.

— Что за чушь? — резко вмешался в разговор радист. — Здесь на тысячи миль нет никаких подземных заводов, коммуникаций и, тем более, городов! Тут нет даже шахт пусковых ракетных установок. — Они южнее. Что вы тут могли видеть?

— Что, что? — Джон распалялся. — Я воочию видел, как на рассвете из земли вылез светящийся столб и рассыпался волной во все стороны. Да так, что весь воздух на десять миль в округе заискрился! Потом горячей упругой волной меня шибануло в грудь, и я отлетел на пять метров. Здесь вся земля утыкана лазерными датчиками! Потом ко мне подошли двое, вооруженные до зубов, и заставили пройти через секретный ход в подземелье. Там долго спрашивали, кто я да что, а затем увезли сначала на вертолете и далее — на самолете к вам в тюрьму.

— У меня все было точно также! — вытаращив глаза, выпалил Стив. — И мерцающий воздух, и вязкая тяжесть, и охранные вуали.

— А где здесь дислоцируется дивизия быстрого реагирования? — спросил Джон, глядя то на сержанта, то на радиста.

Сержант отрицательно мотнул головой.

— Какая дивизия, вы что? Я же сказал — здесь на тысячу миль нет ничего! Ничего, ясно? Тут Долина смерти, камень, песок и солнце!

Радист, открыв рот, молча смотрел на Джона.

Тот насупился и, уставившись в землю, стал перебирать пальцами песок, потом откинул голову на камень и прикрыл глаза.